Эксперт - о медтуризме, лечении рака в России и за рубежом и китайской медицине
По прогнозу Euromonitor International, к 2022 году мировой рынок медицинского туризма вырастет на треть по сравнению с показателями 2017–2018 года. «РБК Стиль» обратился к эксперту в этой области, генеральному директору компании «МедикаТур» Татьяне Соколов, чтобы освоить азы медицинской географии.

В сфере медицинского туризма Татьяна Соколов работает с 2006 года, а в 2012 году она основала собственную компанию МедикаТур, где сегодня занимает пост генерального директора. Нужно понимать, что ее команда не лечит, а консультирует пациентов, проводит экспертную оценку и помогает находить лучших клиников и врачей в стране и за рубежом при бюджете каждого пациента. Соколов регулярно делится своими знаниями и опытом на международных конференциях и конгрессах, а также на тренингах для российских агентств. В январе 2019 года у Татьяны Соколов вышла книга  «Бизнес для леди или Моя жизнь в медицинском туризме» .

Кто обращается в вашу компанию? Как вы находите новых клиентов?

У нас есть агентская сеть, которая направлена ​​на наших пациентов. Три года назад мы запустили сайт на английском языке, и у нас появились агенты в Америке. Новые пациенты узнают о нас в основном в соцсетях, к тому же у нас есть YouTube-канал и блог в «Яндекс.Дзен». В месяц мы получили около 150 заявок от россиян и 15–20 — от иностранцев.

Обращаются ли к вам те, кто еще не знает о своих проблемах?

Чаще всего к нам приходят с поставленным дигнозом, и, к сожалению, по большей части это рак третьей или четвертой стадии. Когда метастазы пошли уже в легкие и кости. Например, один мужчина принципиально не хотел идти на операцию, когда еще имело смысл ее делать. Потом он отказывался от химиотерапии. Мы начали искать альтернативные методики. В итоге был пройден курс гормональной терапии, потому что рак простаты можно лечить, корректируя гормональный фон. Это был гормонозависимый рак. На втором этапе лечения была подключена иммунотерапия с помощью клеточных методов в Германии.

Это считается экспериментальным лечением?

Да, это экспериментальная методика. Мы уже можем позволить себе это. Тот пациент был человеком достаточно состоятельным, известным. В Китае такое лечение будет стоить порядка $5 000.

Сколько такое лечение стоит в Германии?

От € 25 000 и выше.

Как часто вы прибегаете к поиску альтернативных методов лечения?

Я сторонник альтернативной медицины. Есть целый комплекс интегративных методик. В том числе и в терапии (вид биотерапии, при которой используются онколитические вирусы. —  «РБК Стиль» ), в которой используется вакцина, изобретенная в Латвии. Она помогает при определенных формах рака. Также в этой клинике проводят иммунотерапию дендритными клетками в комплексах с озонотерапией и витамином С. Все эти методики могут сочетаться с традиционным лечением. Каждый волен делать свой выбор сам. Пациент, про которого я говорила, лечился у нас только альтернативным методом. Другие пациенты сочетают хирургическую, химиотерапию и иммунотерапию, чтобы обеспечить рецидивы и закрепить результат.

Проблема с постановкой диагноза? Бывают случаи, когда наши врачи не могут определиться?

Бывают. У нас в настоящее время есть несколько запросов на постановку диагноза. В настоящее время сильная диагностическая база и достойное оборудование соответствуют мировым стандартам. Особенно в Москве. Главное — следить за своим здоровьем регулярно, хотя бы раз в году проходить диагностику. 

А в чем Россия обгоняет сегодня другие страны?

Я скорее могу рассказать, что востребовано у иностранцев. Больше всего запросов у нас на офтальмологию. Профессор Федоров поднял российскую офтальмологию на передовые позиции в мире. Очень много запросов на ЭКО, искусственное оплодотворение. В европейских странах получить услуги в сфере вспомогательных репродуктивных технологий женщины могут в среднем до 43 лет из-за ограничений по возрасту. У нас нет ограничений. Самой старшей из пациенток было 64 года, и она была из Бельгии. В России развивается и достаточно востребован институт суррогатного материнства, который работает не во всех странах. У нас есть банки спермы и донорских яйцеклеток. В Израиле, например, банки яйцеклеток запрещены.

То есть в сфере медицинского туризма важен еще и вопрос законодательства.

Безусловно. Например, Китай: там есть закон, который разрешает семье иметь детей, но многие женщины желают иметь возможность родить самостоятельно. Поэтому они хотят воспользоваться программой вспомогательных репродуктивных технологий. У нас достаточно много таких запросов.

Какие еще услуги в России пользуются популярностью у иностранцев?

Пластическая хирургия стала привлекательной из-за падения курса рубля, который привел к удешевлению стоимости услуг для иностранцев. Получилось недорого и качественно, так как в стране появилось большое количество профессионалов в этой области. К российским пластическим хирургам обращаются пациенты из Великобритании, Швейцарии, Индии. Мы работаем с известными врачами. 

Жителям стран Африки дешевле лечить онкозаболевания в России. Правда, для них мы предлагаем более бюджетные варианты, например, работаем с онкоцентром в Самаре, где очень привлекательные цены и хорошая медицинская база. В настоящее время у нас есть несколько партнеров в Нигерии. Также у нас есть партнер из Сомали, главный онколог.

Какую региональную специализацию вы могли бы выделить? Где сильная школа, база?

В Новосибирске очень сильные кардиологи. Там же развито лечение онкологических заболеваний: один из врачей экспериментирует с дендритными клетками в области лечения рака груди.

Есть какие-то отрасли? Что в России лучше не лечить? Вот вы хвалите то, как у нас рак лечат ...

Непростой вопрос. Прежде всего, наши препараты во многом уступают заграничным. И мы отстаем по протоколам. Пока у нас все утверждается, можно просто потерять время. На сегодняшний день, к сожалению, в России доступны не все современные технологии.

Топ стран, куда вы вывозите российских пациентов?

VIP-клиенты выбирают Швейцарию.

Это такой шаблон в голове у россиян, что в Швейцарии все VIP?

Возможно, Швейцария ассоциируется с чем-то статусным, вроде часов Rolex. В этой маленькой стране лучший сервис, совершается много научных открытий. Германия, конечно, остается популярной, хотя сейчас появилось много достойных игроков и дешевле, и не уступающих по качеству услуг. Германия уже не всегда оказывается на передовой. Некоторые болезни целесообразнее лечить в Южной Корее, но наши граждане делают выбор по привычке. Вот случай из недавнего общения с пациенткой: я предлагаю рассмотреть Испанию, где стоимость лечения будет меньше, при этом уровень медицинских услуг самый высокий, а она категорически настаивает на Германии. У россиян есть стереотип, что Германия и Израиль — самые продвинутые страны в области медицины. Хотя сейчас наблюдается достаточно большой спад запросов на лечение в Израиле в сравнении с тем, что было в 2006 году, когда я начинала работать.

Вы можете посоветовать пластическую хирургию в Южной Корее?

Я потрясена успехами пластической хирургии в Южной Корее. Там она на высочайшем уровне. Я всегда возвращаюсь из Сеула с полным чемоданом косметических средств. У нас очень много запросов. Мы начали выходить на российский рынок. Пластическая хирургия — их главная фишка, но еще сильные нейрохирургия, ортопедия и онкология.

И, насколько я понимаю, профилактическая медицина?

Я сама дважды проходила диагностику в Южной Корее.

Как вы оцениваете уровень услуг?

Очень высоко. Для начала за полдня ты обходишь всех специалистов и вы получаете целый том со всеми проведенными исследованиями.

Приходилось ли вам заниматься паллиативной помощью?

К сожалению, да. Очень часто приходилось оказывать такие услуги детям.

Вывозите пациентов в таких случаях за рубеж?

Бывает, вывозим, а иногда и здесь, в России, им оказывается помощь. К сожалению, эта тема сейчас очень актуальна.

Какой алгоритм работы с клиентом у вас в компании? Как формируется подбор лечения, выбор страны?

Мы можем работать с нуля: порой обращаются пациенты, которые не знают, к какому доктору бежать. Мы разрабатываем три варианта, основываясь на бюджете пациента. Выбор всегда за ним. Иногда пациенты уже знают, к какому врачу и в какую клинику они хотят отправиться, тогда мы работаем по конкретному запросу. Конечно, и в этом случае мы предлагаем альтернативы. Вот, например, среди наших партнеров есть очень хорошая онкологическая клиника в Гуанчжоу в Китае. Какие  только инновации там не представлены! Они лечат все типы рака, кроме рака головного мозга, так как у них нет для этого специального оборудования. При этом стоимость лечения в среднем составляет $11–12 000. То есть цены относительно доступные, а клиника сильнейшая. Сейчас у нас растет спрос на нее среди пациентов с ограниченным бюджетом. После химиотерапии там проводят детокс-программы, благодаря которым пациент перестает страдать от тошноты. То есть они снимают и осложнения после химиотерапии.

Получается, что Китай опять вырывается вперед?

Не во всем. Бывают и случаи обмана. Эту сферу услуг необходимо тщательно проверять. 

Вы предоставляете помощь семье с детьми?

Мы сотрудничаем с фондом Гоши Куценко (благотворительные фонды помощи детям, больничный ДЦП, «Шаг вместе» и «Жизнь с ДЦП». —  «Стиль РБК» ), у нас есть программы реабилитации в Китае, Индии, Турции и Испании. Они дают хорошие результаты, помогают добиваться улучшения общего состояния, двигательных функций.

Есть ли среди ваших партнеров клиники, работающие с народной медициной?

Конечно, есть. Травы — это по большей части, конечно же, превентивная мера, но и при серьезных проявлениях болезней они помогают. У нас в партнере есть клиника, которая занимается лечением болезней почек натуральными средствами китайской медицины. Она принимает пациентов, которым необходимо перейти к гемодиализу («Метод внепочечного очищения крови при острой и хронической почечной недостаточности. — « Стиль РБК » ). Пациенты едут в эту клинику на три недели.

А на телемедицину делаете ставки?

Мы ее активно используем. Это многообещающее направление. Например, наша латвийская клиника предоставляет Skype-консультацию, во время которой врач может задавать пациенту все интересующие его вопросы напрямую, а пациент — врачу. Иногда в беседах врач узнает важные нюансы. Мы работаем с доктором-эстетистом из Сингапура, используя возможности телемедицины. Доктор удаленно проводит осмотр, озвучивает советы. Не все врачи используют возможности телемедицины, но мы активно работаем с теми, кто уже освоил ее.

Интервью предоставлено  порталом "РБК Стиль".

Фото - Георгий Кардава для "РБК Стиль".

10 сентября 2019