Пластический хирург: «Умную операцию нужно делать умным людям»
В новом выпуске программы «От первого лица» на вопросы зрителей отвечает пластический хирург Дмитрий Мельников

Какие тенденции в пластической хирургии существуют сегодня?

Женщины по-прежнему не перестали хотеть все и сразу: и губы, и грудь, и скулы, и т. д. Это не тенденция, а постоянное желание женщин. Но есть тренды, возникающие из-за медийных личностей. Сейчас это увеличение ягодиц. Тренд пришел к нам из США, в основном от сестер Кардашьян и афроамериканок. Но эта процедура подходит не всем женщинам. И вообще, я не сторонник такого перенимания трендов. Поэтому, если пациентка приходит со словами «Я хочу вот это, вот это и вот это, и желательно без разрезов, наркоза и на всю жизнь», приходится очень часто отговаривать и переубеждать.

Какие еще бывают причины отказа в операции?

Пациент должен быть готов к операции. Не с точки зрения физиологии, а психологически. Это самая трудная часть первичной консультации для хирурга: понять, будут ли совпадать ожидания пациента с тем, что реально получится сделать.

Если, например, придет девушка с ассиметричной грудью и кожей плохого качества, но с запросом идеальной груди «как на картинке», я напрягусь. Это мой триггер. И я, естественно, начну ей объяснять, что, скорее всего, это не удастся осуществить.

Другая история: мама приводит дочь лет 14–15 с немного ассиметричной грудью, просит обязательно прооперировать. Но дочь говорит, что это ее не очень беспокоит, а вот маму — очень. Поэтому мы стараемся объяснить: если человек сам не хочет оперироваться, не стоит настаивать и его заставлять.

Бывают и такие пациенты, которые не знают точно, хотят ли операцию. Или такие, которые спрашивают: «А что мне нужно сделать с лицом?» Я понимаю, что они хотят услышать мнение пластического хирурга, но ведь я могу и обидеть, когда начну перечислять все процедуры, а девушка, может, хотела только веки подтянуть или ботокс уколоть. Поэтому я не могу навязывать операции, пациент должен сам сформулировать, что он хочет, а я помогу это гармонично соединить друг с другом.

Сталкиваетесь ли вы в своей практике с пациентами, которым делали операции «пачками», потому что их внешность им не нравилась?

Да, сталкиваемся. Здесь нужно понимать, какая у человека мотивация. У меня была пациентка, которую я оперировал раз 25. И до меня ее оперировали примерно столько же. Мы удаляли вазелин из ее губ, который она себе когда-то ввела. На 12-й операции, то есть в середине нашей работы, она приходила и сама себе колола анестезию. А после некоторых процедур сама себе снимала швы. Потому что уже блестяще этим владела и знала, как это все происходит.

И она гонялась за нюансами. Она говорила: «Я все понимаю, но здесь надо довести до идеала и здесь тоже». Это может прозвучать смешно, но пациент знал абсолютно точно, чего хочет, он перфекционист и четко шел к своей цели. Такие истории имеют право на существование.

Но есть ситуации, когда пациенты пытаются достичь мифического идеала, что невозможно, и не понимают, чего хотят, отчего не могут четко сформулировать свое пожелание. И от операции к операции им не нравится результат, а количество хирургических вмешательств увеличивается. И это опасная история — с такими пациентами нужно держать ухо востро.

Расскажите об операциях «два в одном», когда из живота в грудь перекачивают жировую ткань.

Такие операции существуют в двух вариантах:

  • эстетический предполагает использование жира для увеличения груди;
  • реконструктивный — то же самое, но грудь восстанавливают после мастэктомии.

В идеале это работает очень хорошо и логически. Потому что из одного места мы лишнее убираем, не выбрасываем (простите за прямоту), а используем для чего-то. И это, пожалуй, мечта всех пластических хирургов и пациенток: сделать материал, который будет свой, идеально приживется, и не нужно будет использовать инородные тела и импланты. Но на сегодняшний день мы довольно далеки от этого.

Какие необычные вопросы бывают у пациентов или у коллег?

Много таких вопросов бывает. Лучше сказать — ситуаций. Например, была у нас операция по абдоминопластике, когда восстанавливаются эстетические пропорции живота. С человеком, которому мы сделали такую операцию, у нас завязался диалог:

— А вы не могли бы мне этот кусочек [живота] отдать?

— В смысле?

— Вы же утилизируете их как-то?

— Конечно!

— Ну могли бы вы мне его тогда отдать?

— А зачем?

— Я видел в фильме, из этого можно мыло сварить.

Мы ему, естественно, не отдали.

Приходят люди, которым нужны уши эльфа — ну, заостренные. Когда я писал диссертацию, готовился по трехтомнику одного гуру пластической хирургии. В третьем томе было страниц 150, посвященных анатомическому и хирургическому обоснованию, как человеку сделать крылья! Нужно ставить экспандеры, кость раздвигать. Я был рад, что не нашел там клинических примеров таких случаев, но тем не менее считаю, что такие методы показывают, как с помощью пластической хирургии можно решить необычные проблемы.

Если есть техника, знания и адекватные пациенты, то немного фантазии поискам оптимального решения проблемы не повредит. Потому что есть такая поговорка: умную операцию нужно делать умным людям

Эта поговорка вбивалась нам в головы нашими учителями, и ее смысл пронесен на плечах 50-летнего опыта российской реконструктивной хирургии.

Помните, что в современном мире эталон лица и фигуры меняется так же быстро, как мода на одежду. Но стоит ли поддаваться этим трендам? Давайте не будем забывать о том, что пластическая хирургия — это специальность. И у нас серьезная школа в России не только красоты, но и качества жизни. И прежде всего она направлена именно на это.

Полный выпуск программы «От первого лица. Пластическая хирургия: инструкция по применению» с Дмитрием Мельниковым смотрите на YouTube-канале «Доктора».


 

 

Дмитрий Мельников — пластический хирург

 

7 ноября 2019