«Я пережил удар током 30 000 вольт». Личный опыт

Когда Павлу было 13 лет, он дотронулся до проводов электрички и чудом остался жив. Читайте историю выжившего
«Я пережил удар током 30 000 вольт». Личный опыт

Привет! Я Павел Теодоракис, мне 27 лет. 14 лет назад меня ударило током 30 000 вольт.

Я переходил железную дорогу, залез на вагон, поднял руку…

Чудом и везением ток не прошел через меня. Вероятно, благодаря резиновой подошве на моей обуви. Если бы не эта обувь, я бы мгновенно превратился в пепел. И все. Но ток вышел, Вселенная решила иначе. Брат говорил, что я свалился на пол, после чего встал и пошел. Но с меня текла кожа, как воск со свечи, а я нес несуразный бред что-то типа «нам срочно нужно к бабушке» — мы тогда гостили у нее.

Ко мне пытался подойти человек, но его откинуло. В какой-то момент я просто упал и лежал. Скорая приехала очень вовремя. Как мне сказали, приехали бы раньше — не смогли бы подойти из-за сильного тока, приехали бы позже — уже было бы незачем.

Ни один врач не хотел меня лечить, говорили моим родителям: «Попрощайтесь с сыном», так как на тот момент у меня было практически 100% тела в ожогах. Мама то и дело слышала: «Считайте, что сына нет, он труп».

Но один врач, которому я по сей день благодарен, взялся за меня. Он не давал никаких гарантий. Напротив, говорил, что большая вероятность смерти, но он хотя бы попробует. И я выжил. Перенес более 30 операций, клиническую смерть, практически полгода был прикован к кровати, учился заново сжимать руку и заново ходить. Мне заново наращивали и пересаживали мою кожу. Я был перевязан, как мумия, а при смене бинтов чувствовал адскую боль. Чтобы не расходились мои шрамы, мне приходилось лежать неподвижно. Да я и не мог двигаться.

Пока ослабевало мое тело, понемногу деградировал и мой разум. Минуты складывались в часы, часы в дни, дни в месяцы, а я все беспрерывно смотрел в потолок.

И конечно же, меня поглощали мысли совершенно нерадостного характера. Почему именно я? Что со мной не так? А я вообще буду ходить? А я смогу нормально жить? Да куда там жить. Почему я еще не умер? И этот ужасный белый потолок мозолит глаза. Окна, шторы, койки — все невероятно раздражало. И тишина. Чертова тишина.

Когда моим родителям разрешили находиться в палате дольше обычного, спасибо моей матери, что не дала мне совсем утонуть в своих мыслях! Но сейчас, спустя 13 лет, я думаю, как было бы проще, если бы возле меня стояла Сири и я просил бы ее рассказать мне о новостях в мире, чей-то биографии, послушать музыку, аудиокнигу или вовсе лекцию какого-либо педагога.

Классно было бы, если бы в палате стоял телевизор и можно было бы просить включить какой-либо фильм, новости, Discovery. Я бы не утопал в своих мыслях 24/7 и продолжал бы саморазвиваться. Я бы заткнул все мысли о ненависти к себе. Я не один такой в мире, и люди по многочисленным причинам годами лежат в больницах, смотря в одну точку. И нужно задуматься о введении в больницах таких простых и крутых систем. Мелочь ведь. Это ведь не сложно, а людей это, возможно, к жизни вернет. На моральном уровне точно.

Стыд, ненависть, желание умереть

Впервые посмотрев на себя в зеркало в новом теле, я испытал огромное отвращение. Хотел разбить зеркало и все, что давало мне хоть минимальное отражение себя. Я урод. Я понимал это. Мне было стыдно не только выйти на улицу, мне было стыдно, просыпаясь утром, открыть одеяло и посмотреть на свое тело. Я ненавидел себя.

Еще со времен больницы думал о суициде. Каждый раз, когда заходили врачи, я мечтал о хирургической ошибке. Я грезил, что мне вколют не то лекарство не в то место, что во время операции произойдет фатальная ошибка. Каждый раз, отправляясь на операцию, я мечтал, что больше не проснусь. Но просыпался после каждой гребаной операции, которых было более 30.

А еще эта адская, невыносимая боль. Хоть я и находился под морфием большее количество времени, но я отчетливо чувствовал боль всегда. Каждый день и каждую секунду.

И если в больнице боль была физическая, то дома меня ежедневно преследовала моральная боль. Я мечтал покончить с жизнью, потому что мне совершенно не нравилось то, что я постоянно видел, глядя на свои руки, ноги или отражения в зеркалах и окнах.

В больнице меня вылечили так, что на моем лице шрамов нет. Они начинаются с бороды и до колен. Микрошрамы, конечно же, есть по всему телу, но они практически не видны. Так что сейчас у меня 75% тела в шрамах.

Последующие семь лет были годами ненависти себя. Ходил в закрытой одежде даже летом, скрывал тело даже от своих глаз, не отвечал на вопросы, которые касались темы шрамов, и любые фразы, сказанные в адрес шрамов, воспринимал как издевки, даже если человек не имел в виду ничего плохого. Было тошно, когда люди выражали сочувствие и «все будет хорошо, держись». Сочувствие... Как же я его ненавидел! Шли годы, а изо дня в день мне все сочувствовали и соболезновали. Мне хотелось убить каждого, кто смотрел на меня жалким взглядом. Мне кажется, что эти годы сделали меня черствым человеком. Резким.

Я решался принять себя таким много раз, но каждый раз эта идея казалась мне каким-то фарсом. Я углубился в изучение психологии и попытался через эту призму принять себя, но помогало лишь на время. 

Я открылся миру

В 20 лет со мной произошла одна история, которая изменила всю последующую жизнь. Мы с друзьями занимались в спортзале, и после тренировки, пока я был в душе, они забрали мою футболку с собой. Было лето, а потому у меня не было ни куртки, ни свитера. До дома пара кварталов, и любой другой парень спокойно бы пошел, но я… Как же я покажусь, блин?! А что мне оставалось делать? Я разозлился и просто пошел домой. Пытался обойти дворами, перебегал от стены к стене, от дерева к дереву, но все равно попадался людям на глаза.

Я ожидал, что у людей будет отвращение на лицах, кого-то, возможно, стошнит, в меня будут тыкать пальцами, мужики скажут, что я урод, а мамаши будут закрывать глаза своим детям и уводить их поскорее. Но этого не произошло. Люди подходили ко мне и выражали слова поддержки, говорили, какой я сильный и смелый, что я родился в рубашке и что я выжил не просто так. Они даже обнимали меня.

Вернувшись домой, я посмотрел на себя в зеркало со словами этих людей в голове. Разглядывал себя так, как будто впервые увидел свое тело после больницы, но на этот раз отвращение сменилось интересом. Как будто я только родился и мне было так интересно себя изучать!

Я полюбил себя. И знаете, оказывается, так жить гораздо проще! Такое чувство, будто с меня слетели кандалы, державшие меня долгие годы. Ты вдыхаешь воздух, а он чистый. Смотришь на людей — они светлые. И вся жизнь вокруг заиграла новыми красками.

Я начал открывать для себя все новые направления развития. Становления себя как личности. Оказывается, без зажимов в голове мы способны на многое! Я свободен от своих мыслей, а значит, я действительно живу! С тех пор я открылся миру. Начал рассказывать людям о том, что со мной произошло. Одних это мотивирует идти по жизни вперед, другие вдохновляются моей историей и начинают создавать то, что давно хотели. Людям со схожими проблемами это помогает начать принимать себя.

Я начал работать актером и фотомоделью. Не боюсь показать себя. Напротив, очень хочу, чтобы меня увидели и услышали. Я сделал из своего стыда огромное преимущество. И я знаю, что могу вдохновить других людей и помочь им взглянуть на свою жизнь по-другому. С новой, лучшей стороны.

Страница героя в Instagram

Читайте также в рубрике «Личный опыт»:

«В 11 лет начал употреблять наркотики»

«Железная нога — это моя индивидуальность»

«Из-за молока мы четыре года лечимся от клещевой инфекции»

Новости партнеров
предоставил сервис